Мои ноги заплетались в сухих ветках, я еле делала шаг, охватывая ствол каждого дерева, как опору. Я чувствовала, как по моей коже пробегает ветер. Не холодный, скорее устрашающий, который завывал, проносясь по лесу. Издалека доносились звуки, напоминающие голос сов, шелест листьев и треск веток. И вот я вновь ступаю вперёд  и, теряя опору, с гулом падаю на землю. В своей голове я вдруг слышу свой же крик, и паника возвращает меня в реальность.
- Что, черт возьми, произошло? – оглядываюсь по сторонам: ночь, везде деревья и сотни акромантулов  ползут прямо на меня. Я встаю на корточки и панически ползу назад. В этот момент я замечаю, что на мне лишь нечто напоминающее пижаму и равенкловская накидка. Я машинально достаю палочку, но все заклинания тут же улетучились, и я лишь продолжаю ползти назад.  Всё происходящее напоминало жуткий сон, а потому я даже попыталась пару раз закрыть глаза сильно-сильно, чтоб, когда открою, проснуться в кровати. Но попытки были тщетны. Пауки ползли дальше, как вдруг из деревьев выскакивает слизеринец. В первую секунду на его лице появился шок, который сменялся растерянностью и озлобленностью. Он крепко сжимал палочку в руке и, кажется, был готов убить всех.
Только когда парень крикнул бежать, я наконец-то поднялась на ноги и сначала двигалась медленно, обходя очаг, с которого ползут акромантулы, а затем бежала, что было силы за слизиринцем. В какой-то момент мне даже пришла в голову мысль, что он же это всё и подстроил, так как я совершенно не помню, как оказалась в лесу среди ночи, а он… Что он, кстати, здесь вообще делает? Но, с другой стороны, ему нет совершенно никакой выгоды, чтоб устраивать подобного рода угрожающие жизни ситуации.
Спотыкаюсь об ветку, и снова падаю на землю. Пауки продолжали ползти прямо за нами, поэтому я немедля подымаюсь и наставляю на них палочку: Ictus. Первая волна тварей откинулась назад и я дальше побежала за слизеринцем, который оторвался уже на десятки метров и почти ушел из виду. Через какое-то время мы остановились, будучи где-то в глубине леса. Я начала большими глотками захватывать воздух, пытаясь отдышаться, что не очень-то помогало. Но зато теперь у меня уже была возможность получше рассмотреть слизеринца. Тёмненький, не заоблачного роста…
Хопкинс! Уэйн Хопкинс, который меня, кажется, терпеть не может из-за чистоты крови? Ну, конечно, кто бы это ещё мог быть?! Закон подлости срабатывает даже в самых жутких местах.
- Скажи мне, Альбрехт, у тебя работает инстинкт самосохранения? Какого Мерлина ты вообще здесь делаешь?!
Его крик, которым он закончил фразу, меня передёрнул. Но к этому моменту дыхание уже постепенно нормализовалось, и я тяжело вздохнула.
- Не знаю. Это должно быть какая-то шутка, - я повела плечами и опять задумалась над абсурдностью данной ситуации. Может, мне кто-то во время ланча подсыпал чего-то снотворного в еду? Или я на самом-то деле лунатик, чего никогда раньше не замечала… Или же во мне наконец-то начали проявляться психические расстройства после смерти братьев? Не суть. Потом разберусь.
- Но я смотрю, ты тоже не в колыбельке сейчас лежишь. И готова поспорить, что с инстинктами скорее у тебя не порядок,  - перевожу взгляд на слизеринца, над головой которого на невесомой паутинке спускается восьмиглазый паук. Вздымая палочку, произношу Deletrius и животное падает, лишенное чувств, прям на макушку Хопкинсу. - Нам нельзя здесь оставаться, посмотри, - киваю в гущу леса, откуда ползли тысячи маленьких акромантулов. – Ictus. Хопкинс, бежим!
Тут же срываюсь с места и бегу с такой скоростью, на которую только хватает сил, но и этого было слишком мало. Заросли Запретного леса значительно тормозили движение, на пути вырастали деревья, кусты, непроходимые чащи. Ноги вели в какую-то даль, и я уже совсем потеряла понимание, в какой стороне находится замок и где заканчивается лес.
- До замка далеко бежать? – крикнула парню, который, не отставая, несся рядом. – Там какой-то свет. Я указала влево, и мы искривили траекторию движения туда. Минут через пять мы достигли нужного места, но это было лишь хуже. Мы подошли к озеру, в котором ярко отражалась полная луна. От акромантулов вроде бы оторвались, но это ненадолго и бежать дальше некуда.
- Черт. И что теперь делать? - я чувствовала себя виноватой. Создавалось такое впечатление, что теперь из-за меня мы умрём. Но не может же быть такой глупой смерти! Как же было бы хорошо, если находчивый мозг Уэйнса что-то бы сообразил. Но почему я вообще надеюсь на кого-то?
Альберт, думай!