Я никогда не мог разрешить роковой вопрос: где у меня кончается притворство и начинается искренность.
Он всегда отталкивает от себя людей. С самого детства не привык к кому-то привязываться, этому научила его мать. Она говорила, что люди врут и предают, что можно надеяться лишь на себя, маленький мальчик запомнил это и всю свою жизнь живет именно по этому правилу. Может быть из него бы вырос кто-то другой, кто-то лучше, если бы не влияние родителей в детстве, но Уэйна всё устраивало, ему нравилась его жизнь, его личные взгляды на неё и то, как он ими пользовался, другой жизни парень не знал. Уэйн мало во что верит и такое, как любовь, дружба, верность, преданность он не признаёт. Любовь придумали отчаянные люди, не способные справиться сами со своими проблемами, с дружбой и остальным аналогично. Для Хопкинса существует такое понятие, как продолжение рода, инстинкт самосохранения. Хотя, в страсть он верил, порой его слишком сильно тянет к девушкам, гормоны, ничего не поделаешь с этим.
Уэйн летел вниз каждый день, в пропасть, из которой уже не выбраться. Он погряз сам в себе, в своём характере, своей жизни и ненависти. В его голове ни разу не было мысли о том, чтобы попробовать выбраться, увидеть другие прелести жизни, возможно, что ему просто не за кого хвататься, нет света.
Снова Хогвартс, седьмой курс, последний. От это радовало Хопкинса, к тому же последний год будет таким, о котором он мечтал шесть лет. Из-за Кэрроу дисциплина стала абсолютно другой, как и отношение к ученикам. Чистокровные брали первенство, а грязнокровки жили в аду, но не всегда всё гладко, да и за удовольствие нужно платить. Сколько эти не_достойные учились вместе с настоящими волшебниками чистой крови? Это нужно прекращать, Хопкинс был полностью согласен с Пожирателями и, конечно же, с Тёмным Лордом. Правда, Уэйн пока что не хотел лично знакомиться с Лордом, считая, что ещё не готов.
Парень размышлял, идти или нет на ужин, есть он не особо хотел, но и в гостиной факультета делать нечего, так что ничего не оставалось кроме как пойти. Ноги уже давно выучили дорогу в столовую, Хопкинс шёл «на автомате», в мыслях прокручивались варианты развития событий в столовой. Вот он заходит, некоторые студенты бросают взгляды на него, кто-то безразличные, кто-то с интересом наблюдают, а кто-то с ненавистью, особенно одна райвенковка с шестого курса. До летних каникул они, как думала девушка, встречались, вот только для Уэйна это было просто развлечением, так как в Хогвартсе просто нечем заняться, а летом он написал ей о том, чтобы больше девушка его не беспокоила. Хопкинс пройдет на своё место, это то, на котором он сидит уже лет так пять, не меньше, парень будет улыбаться и шутить, и ведь не важно, что он на самом деле думает об этих людях, так как они думают, что он с ними искренен, что он их друг.
Так и произошло. Он ухмыльнулся тому, насколько точно всё угадал и самодовольной улыбкой окинул взглядом столовую. Новые первокурсники, кстати, к детям Хопкинс относился хорошо, только не понимал, как женщины вынашивают своё чадо, это было вне зоны его понимания. 
Разговоры не о чём, тупые шутки после которых приходилось смеяться. «Остался год, терпи»- подумал Хопкинс, затем его внимание привлёк слизеринский стол, в частности одна дама, сидящая за ним. Астория Гринграсс. Прекрасная представительница чистокровного семейства, Уэйн ничего про неё не знал кроме этого факта, а так же факультета и курса. Отметив про себя, насколько она хороша собой, от длинных светлый волос, до фигуры и черт лица, Уэйн решил, что нужно с ней познакомиться, но сделать это ненавязчиво, мол случайно. Когда? А почему бы и не прямо сейчас? Всё равно слушать эти разговоры Уэйн больше был не в силах. По действиям девушки можно было предположить, что она уже собралась уходить. Уэйн дождался пока она встанет и сделает три-четыре шага к выходу, затем предпринял аналогичные действия, но путь её был явно не в сторону слизеринских комнат. В удивлении изогнув бровь, Хопкинс теперь точно проследует за ней, хотя бы из интереса. Умеренным темпом девушка двигалась в сторону, как тогда уже стало известно, астрономической башни, Уэйн шёл на большом, но видимом расстоянии от неё, Астория вроде бы ничего не заметила. Затем он остановился и, подождав минуты четыре, стал подниматься по лестнице.
Когда он поднялся, его выражение лица не выглядело особо доброжелательным, просто холодное безразличие. Его нужно дать в инструкцию по знакомству с девушками, там бы первым пунктом шло «Улыбайтесь».
-Кажется, что уже поздно такой юной особе в такое время находиться здесь, к тому же одной,- сказал Хопкинс, сделав шаг вперед.